Сексуальное развитие подростков

Половое созревание (пубертат) -- центральный психофизиологический процесс подросткового и юношеского возраста. Его функциональные признаки -- менархе (начало регулярных менструаций) у девочек и эякулярхе (начало эякуляций, первое семяизвержение) у мальчиков. Средний возраст менархе колеблется сейчас в разных странах и средах от 12,4 до 14,4 года, а эякулярхе -- от 13,4 до 14 лет. В основе пубертата лежат гормональные процессы, влекущие за собой соответствующие изменения в телосложении, социальном поведении, интересах и самосознании.

Усиленная секреция половых гормонов (у восемнадцатилетнего юноши она в 8 раз выше, чем у девятилетнего мальчика) порождает так называемую подростковую (юношескую) гиперсексуальность, проявляющуюся в повышенной сексуальной возбудимости, частых и длительных эрекциях полового члена, бурных эротических фантазиях, навязчивой мастурбации и т. д. "В четырнадцать лет мое тело будто взбесилось",-- под этим признанием шестнадцатилетнего юноши могли бы подписаться очень многие его сверстники.

Сроки начала и завершения полового созревания, как и формы его протекания, чрезвычайно изменчивы и индивидуальны. Отчасти это обусловлено биологически.

До самого последнего времени большинство ученых практически отождествляли пубертат с созреванием половых желез (этот процесс называется гонадархе), считая его главными индикаторами менархе и эякулярхе. Новые исследования, в частности, обследование 17 тысяч американских девочек, показали, что рост грудей и появление лобковых волос начинается уже между 9 и 10 годами и регулируется не гонадами, а стероидными гормонами коры надпочечников. Созревание надпочечников (адренархе) опережает созревание гонад и проявляется прежде всего в начинающемся оволосении лобка; оно стимулирует также скачок в росте, активацию кожных жировых желез (отсюда прыщи), изменение наружных половых органов и появление специфических телесных запахов.

Эти процессы оказывают существенное влияние на эмоции, психику и социальное поведение детей, включая появление у них сексуально-эротических интересов. По данным новейших исследований первые эротические чувства и вблюленности появляются у мальчиков и девочек около 10 лет, еще до созревания гонад.

Во всем этом существуют большие индивидуальные различия. Чем раньше начинается половое созревание, тем активнее оно протекает и тем быстрее заканчивается. Более позднее начало созревания, напротив, обычно сопровождается и более вялым его течением. Рано созревающие мальчики не только раньше начинают, но и в последующие взрослые годы их половая жизнь протекает интенсивнее. Рано созревающие женщины также отличаются высокой сексуальной реактивностью. Эти индивидуальные различия очень велики, они диктуют необходимость дифференцированного, индивидуального подхода к подросткам и юношам.

Но половая конституция непосредственно влияет только на физиологические потенции индивида. Содержание его сексуально-эротических переживаний и привязанноcтей (выбор объекта, соотношение чувственности и нежности, длительность и сила привязанности) определяется воспитанными свойствами личности и социальными условиями ее развития. Возраст начала менструаций, как и их регулярность, зависят также от многих конкретных условий, например, веса тела. У девочек-гимнасток и юных балерин, сознательно ограничивающих свой вес, менархе происходит на год, а то и на несколько лет позже, чем у остальных. Пубертатный статус может даже как бы регрессировать, возвращаться вспять. Девочки-подростки и юные девушки, страдающие нервно-психической анорексией (нежелание есть), если они теряют свыше 15 процентов своего веса, перестают менструировать, их гормональная секреция по ряду признаков возвращается к допубертатному типу. Такое же влияние, даже без потери веса, может оказывать психический стресс. Например, у некоторых школьниц в период экзаменов менструальные циклы становятся нерегулярными, короче или длиннее, чем обычно.

Еще более изменчивы социальные аспекты пубертата: сроки и темп полового созревания у данного конкретного поколения и их совпадение во времени с определенными социальными условиями и жизненными событиями -- переходом в другую школу, завершением образования и т. п. Чрезвычайно важна и субъективная, психологическая сторона: как сам подросток воспринимает, переживает и оценивает пубертатные события - менархе, ночные поллюции, изменение своего телесного облика, подготовлен ли он к ним, вызывают ли они у него испуг или радость и т. д. Это зависит как от социальных условий развития, включая половое просвещение, так и от индивидуальных особенностей подростка. К сожалению, эти психологические факторы, особенно у мальчиков, очень плохо изучены. А без учета особенностей самосознания подростка объективные данные о его физическом развитии и сексуальном поведении лишены реального психологического смысла и часто истолковываются произвольно.

Хотя темп собственного полового созревания влияет на сексуальное поведение подростка, оно в гораздо большей мере зависит от других факторов.

Разделив обследованных тринадцатилетних школьников на до- и пост-пубертатных (девочки, у которых уже начались менструации, и мальчики, пережившие первое семяизвержение), немецкие исследователи сопоставили уровни социосексуальной активности обеих групп (влюбленности, поцелуи, объятия, петтинг, вступление в половые отношения). Оказалось, что постпубертатные мальчики по всем показателям опережают допубертатных, то есть половое созревание существенно стимулирует их сексуальную активность, а у девочек такой зависимости не обнаружилось, постменархиальные девочки только чаще влюбляются. Видимо, дело не только в физиологии, но и в системе половых/гендерных ролей.

Американские исследователи обследовали 7,5 тысячи подростков, сопоставив данные объективного врачебного осмотра с результатами интервьюирования. Оказалось, что возраст, когда подростки начинают ухаживать и назначать свидания, статистически связан с уровнем их индивидуального полового созревания, но зависимость этого от хронологического возраста значительно выше. То есть подростки начинают ухаживать не столько вследствие собственного "сексуального напряжения", обусловленного половым созреванием, сколько в соответствии с культурными нормами своей возрастной группы, школьного класса, которые диктуют: "надо ухаживать", "пора влюбляться!" Интересно, что у детей с преждевременным половым созреванием наступление физиологической половой зрелости в большинстве случаев не сопровождается ранней сексуальной активностью, их сексуальные интересы больше соответствуют их психическому, нежели гормональному, возрасту. Процесс полового созревания вызывает множество психологических проблем и трудностей.

Прежде всего подросток вынужден заново оценивать - и иногда переоценивать! - свою половую/гендерную идентичность с точки зрения своего соответствия или несоответствия принятым в его среде представлениям о маскулинности и фемининности. Особое значение приобретает при этом его быстро меняющийся телесный облик.

Распространенные в переходном возрасте тревоги по этому поводу, нередко принимающие форму так называемого синдрома дисморфомании, чаще всего связаны именно с половыми признаками. Таковы тревоги по поводу избыточного веса (толщины), недостаточного роста (у мальчиков), гинекомастии (увеличения грудных желез по женскому типу у мальчиков, часто наблюдаемое в период пубертата), гирсутизма (оволосения тела по мужскому типу у девочек), слишком короткого полового члена (помимо больших природных вариаций, сказывается оптическая иллюзия: собственный член мальчик видит сверху, а чужой - сбоку, поэтому он кажется длиннее) и т. п.

Половое созревание протекает крайне неравномерно. Мальчики, которые отстают в половом развитии, испытывают по этому поводу сильное беспокойство и с завистью смотрят на более маскулинных сверстников. "Все, что было во мне от здорового зверя, прибавляло мне уверенности,-- говорит юный герой романа Джона Апдайка "Кентавр".-- Мне нравились появившиеся наконец волосы. Темно-рыжие, упругие, как пружинки, слишком редкие, чтобы образовать кустик, они курчавились в ли-монно-желтом холоде. Пока их не было, меня грызла досада: я чувствовал себя беззащитным в раздевалке, когда... видел, что мои одноклассники уже надели меховые доспехи".

Бывает и наоборот. Однажды на турбазе, где отдыхала команда подростков из какого-то спортобщества, я обратил внимание на щуплого пятиклассника, который мылся в душе, не снимая плавок. "Ты чего-то стесняешься?" -- спросил я. "У меня там растут волосы".-- "Это же вполне нормально, ты видишь то же самое у других ребят".-- "Да, но они большие, а я еще маленький".

Некоторые мальчики ужасно стесняются своих эрекций, возникающих в самых неподходящих ситуациях, им кажется, что все их замечают. Некоторые девочки стесняются роста грудей и начала менструаций. Бестактные шутки и замечания взрослых или сверстников по этим поводам переживаются подростками остро и болезненно.

Интерес к собственному телу как к эротическому объекту повышает интерес и к чужому телу. Вот как описывал это А. И. Куприн в романе "Юнкера":

"Кадеты быстро разделись донага и босиком подходили по очереди к доктору... Такой подробный осмотр производился обыкновенно в корпусе по четыре раза в год, и всегда он бывал для Александрова чем-то вроде беспечной и невинной забавы, тем более что при нем всегда бывало испытание силы на разных силомерах - нечто вроде соперничества или состязания. Но почему теперь такими грубыми и такими отвратительными казались ему прикосновения фельдшера к тайнам его тела?

И еще другое: один за другим проходили мимо него нагишом давным-давно знакомые и привычные товарищи. С ними вместе сто раз мылся он в корпусной бане и купался в Москве-реке во время летних Коломенских лагерей. Боролись, плавали наперегонки, хвастались друг перед другом величиной и упругостью мускулов, но самое тело было только незаметной оболочкой, одинаковой у всех и ничуть не интересною. И вот теперь Александров с недоумением заметил, чего он раньше не видел или на что почему-то не обращал внимания. Странными показались ему тела товарищей без одежды. Почти у всех из-под мышек росли и торчали наружу пучки черных и рыжих волос. У иных груди и ноги были покрыты мягкой шерстью. Это было внезапно и диковинно".

Украдкой, но очень внимательно подростки разглядывают своих сверстников, а также старших и младших. В подростковых лагерях и интернатах иногда происходят настоящие конкурсы, длина членов измеряется с помощью линейки (способ, прямо скажем, не слишком надежный). Застенчивым подросткам и тем, кто страдает каким-то действительным или мнимым физическим недостатком, такие ситуации мучительны. Они сопровождаются грубыми шутками, а в случае уклонения "осмотр" может быть произведен насильственно (это иногда делается и в более старших возрастах, в общежитиях или в армии).

Самая массовая форма сексуального удовлетворения в подростковом и раннем юношеском возрасте - мастурбация (самоудовлетворение, онанизм). Европейская мысль XVIII -- XIX веков считала ее страшным и опасным пороком, приводящим к ослаблению памяти и умственных способностей, безумию и, конечно, импотенции. Все это полнейший вздор.

Убеждение, что мастурбация вызывает безумие, родилось из наблюдений в психиатрических больницах, обитатели которых часто и подолгу мастурбируют на глазах у персонала. Но у душевнобольных отсутствуют моральные запреты и нет других способов сексуального удовлетворения. Навязчивая мастурбация не причина, а следствие их состояния.

Что же касается импотенции, то, по данным Г. С. Васильченко, больше всего мастурбантов встречается среди сексуально здоровых, а самый высокий процент никогда не мастурбировавших -- среди мужчин, страдающих наиболее тяжелыми расстройствами потенции. У женщин, занимавшихся мастурбацией до начала половой жизни, сексуальная холодность и аноргазмия встречаются втрое реже, чем у никогда не мастурбировавших.

В подростковом и раннем юношеском возрасте мастурбация является массовой. У мальчиков она быстро нарастает после двенадцати лет, достигая своего "пика" в пятнадцать-шестнадцать лет, когда ею занимаются 80-90 процентов мальчиков. Девочки начинают мастурбировать позже и делают это реже; тем не менее, по данным В. В. Данилова (1982), к 13,5 года опыт мастурбации имели 22, к 15,5 года -- 37,4, к 17,5 года -- 50,2, а к 18,5--65,8 процента опрошенных девушек-студенток Кривого рога. 70 процентов мастурбировали руками, 30 процентов достигали оргастических ощущений, сжимая бедра или направляя на половые органы струю воды, 10 процентов раздражали соски, 20 процентов достигали оргазма с помощью эротических фантазий, 15 процентов пользовались самодельными моделями мужского члена; свыше половины этих девушек участвовали в сексуальных играх с подругами, 15-25 процентов делали это в разнополых компаниях; 11 процентов подсматривали за обнажением людей своего и противоположного пола, влюбленными парами и т. п.

Подростковая мастурбация служит средством разрядки сексуального напряжения, вызываемого физиологическими причинами (переполнение семенных пузырьков, механическое раздражение гениталий и т. п.). Вместе с тем она стимулируется психическими факторами: примером сверстников, желанием проверить свои потенции, получить удовольствие и т. д. У большинства мальчиков первое семяизвержение происходит именно при мастурбации. Чем раньше созревает подросток, тем вероятнее, что он будет мастурбировать, других способов сексуального удовлетворения у него нет.

Интенсивность, частота мастурбации индивидуально варьирует, но у мужчин она гораздо выше, чем у женщин. Как писал ленинградский сексопатолог профессор А. М. Свядощ, "умеренная мастурбация в юношеском возрасте обычно носит характер саморегуляции половой функции. Она способствует снижению повышенной половой возбудимости и является безвредной".

Подростковая и юношеская мастурбация - явление не столько физиологического, сколько психологического порядка. Оргазм, достигаемый при мастурбации, неполноценен в том смысле, что сексуальное удовлетворение замыкается на самом субъекте; онанизм лишен коммуникативного начала, составляющего важный компонент взрослой сексуальности. Мастурбация закрепляет в сознании подростка представление о сексе как о чем-то "грязном" и низменном, а доступность этого способа сексуального удовлетворения может тормозить вступление юноши в более сложные и проблематичные парные отношения. Маструбация часто сопровождается яркими эротическими образами и фантазиями, в которых подросток может выбирать любых партнеров и ситуации. Условнорефлекторное закрепление этих фантастических образов иногда создает у юноши своеобразный, весьма нереалистический эталон, по сравнению с которым реальный сексуальный опыт, на первых порах почти всегда сопряженный с трудностями, может разочаровать его, толкая к продолжению мастурбационной практики.

Наконец, самое важное: древние табу и представления о порочности и опасности мастурбации глубоко сидят в сознании подростка, оставляя у многих чувство вины и страха перед "последствиями". Мальчики знают, что мастурбация - явление массовое. Тем не менее они стыдятся этой "дурной привычки" и тщательно скрывают ее. Пытаясь бороться с ней, подросток обычно, как миллионы людей до него (но он этого не знает), терпит поражение. Это вызывает у него сомнение в ценности собственной личности и особенно своих волевых качеств, снижает самоуважение и побуждает воспринимать трудности и неудачи в учебе и общении как следствия своего "порока".

В связи с этим вспоминается один давний случай. Лет двадцать назад в лагере для старшеклассников я разговорился с рослым, красивым, развитым десятиклассником. В его ответах о будущем сквозила какая-то обреченность, грустная неуверенность в себе, контрастировавшая с общим обликом парня. Я спросил его: "У тебя есть какие-то личные проблемы? Может быть, я могу тебе помочь?" - "Нет, мне никто не поможет, к тому же это не по вашей специальности" (ребята знали, что я социолог, но о моих сексологических занятиях им никто, разумеется, не говорил). Что ж, насильно в душу не полезешь. Но поговорить о себе парню хотелось, в следующий раз он упомянул, что у него портится память, а когда дошел до признания, что "теряет много белка", все стало ясно. После того как мы выяснили главный вопрос, я спросил: "А в чем проявляется ухудшение памяти?" Оказалось, что в 9-м классе у него возникли трудности с математикой. "Ну, дорогой,- сказал я тогда,- дело твое совсем хана. Если, дойдя до 10-го класса, ты не понимаешь, что математика - не тот предмет, который берут памятью, налицо общая деградация умственных способностей, о чем и говорится в тех глупых брошюрах, которых ты начитался!" Он засмеялся и убежал играть в баскетбол.

В 1988 г. американские психологи опросили 280 студентов в штате Вермонт (довольно консервативный штат) занимались ли они мастурбацией до 13 лет, от 13 до 15 лет и в настоящее время. Хотя отвечать на подобные вопросы трудно и неприятно, опыт мастурбации признали 81 процент мужчин и 45 процентов женщин. Как и предполагалось, мальчики начинают мастурбировать раньше девочек и делают это в три раза интенсивнее. Но когда наличие пред под ростковой и подростковой мастурбации сопоставили с последующим сексуальным поведением испытуемых (наличие половых сношений, степень сексуального удовлетворения, сексуальная возбудимость и наличие сексуальных трудностей), никакой связи между тем и другим не обнаружили. Это значит, что ранний мастурбационный опыт не оказывает на сексуальную жизнь молодых взрослых ни положительного, ни вредного влияния.

Применительно к подросткам и юношам тревожить должен не сам факт мастурбации (она массова) и даже не ее интенсивность (индивидуальная "норма" связана с половой конституцией), а только те случаи, когда мастурбация становится навязчивой, вредно влияя на самочувствие и поведение. Однако и в этих случаях онанизм не столько причина плохой социальной адаптации, сколько ее симптом и следствие. Это имеет принципиальное значение для педагогики.

Раньше, когда мастурбация считалась причиной необщительности, замкнутости подростка, все силы направляли на то, чтобы отучить его от этой привычки. Результаты были, как правило, ничтожны и даже отрицательны. Сейчас поступают иначе. Вместо того чтобы втолковывать подростку, что плохо быть онанистом -- это только увеличивает его тревогу,- пытаются тактично улучшить его коммуникативные качества, помочь занять приемлемое положение в обществе сверстников, увлечь интересным делом. Как показывает опыт, эта позитивная педагогика гораздо эффективнее.

Аутоэротизм, иногда даже известный нарциссизм сочетаются у подростков с появлением гетеро сексуальных интересов и привязанностей. Характерная черта подростковой и юношеской сексуальности, отмеченная еще 3. Фрейдом,-- разобщенность чувственного и нежного влечения. Дуализм "любви" и "секса" проявляется особенно резко у мальчиков. Юношеская мечта о любви и образ идеальной возлюбленной часто десексуализированы. Когда подростки называют свои зарождающиеся привязанности "дружбой", они не лицемерят: они и вправду испытывают прежде всего потребность в общении, самораскрытии, эмоциональном тепле. Прообразом первой возлюбленной для мальчика часто бессознательно служит мать, мысль о сексуальной близости с ней для него равносильна святотатству. В то же время подросток находится во власти сильного диффузного эротизма. Образ, на который проецируются его эротические фантазии, нередко представляет собой только "сексуальный объект", лишенный всех других характеристик. Иногда (в двенадцать--четырнадцать лет) это реальный или воображаемый групповой образ, общий для целой компании мальчиков. Грязные разговоры, сальные анекдоты, порнографические картинки вызывают повышенный интерес, позволяя "заземлить", "снизить" волнующие эротические переживания, к которым они психологически и культурно еще не подготовлены.

Подростковый цинизм коробит взрослых. Но обсуждение запретных вопросов (а к ним относится не только секс, но и многие другие телесные переживания) со сверстниками позволяет снять эмоциональное напряжение и отчасти разрядить его смехом. В "смеховой культуре" взрослых также много сексуальных мотивов. Стоит ли удивляться тому, что у подростка даже пестики и тычинки вызывают эротические ассоциации? Невозможность выразить в словах эротические переживания из-за застенчивости или отсутствия общества сверстников может отрицательно повлиять на развитие личности. Воспитателю следует беспокоиться не столько о тех, кто ведет "грязные разговоры", сколько о тех, кто их молча слушает,- именно эти ребята, неспособные выразить и "заземлить" волнующие их смутные переживания, иногда оказываются наиболее впечатлительными и ранимыми. То, что у других выплескивается наружу в циничных словах, у этих отливается в глубоко лежащие устойчивые фантастические образы.

Как трудно юноше совместить свою пробуждающуюся чувственность с нормами требовательного морального кодекса, показал Юрий Власов в рассказе "Белый омут". Его герой, курсант военного училища, мечтает о большой, всеобъемлющей любви и в то же время страдает от своей чувственности и влюбчивости:

"Я человек без воли. У меня нет твердости в характере. Женщины - это позорная слабость. Настоящий мужчина должен знать свое дело, служить ему. Женщины не способны отвлечь его. Это у слабых, дряблых людей все интересы в женщинах. И вообще, что значит женщина? Это развратно, гадко говорить сразу о многих женщинах. Должно быть имя, которое я стану боготворить. Я встречу одну, полюблю одну и никогда не увижу никого, кроме нее. А я? Я?.. Мысль о том, что я смею думать о поцелуях, огорчает. Почему я так испорчен? Почему прикосновения к Наденьке бывали столь желанны? Почему брежу ими?.."

Извечные вопросы школьных диспутов - как отличить любовь от увлечения, можно ли любить одновременно троих и т. п.- одинаково волнуют юношей и девушек.

Передо мной - дневник ленинградской школьницы. Его центральная тема - безответная и ранняя, тянущаяся с 6-го класса, любовь к однокласснику. В 8-м классе рядом с нею возникает совсем иное чувство: "Витька -- самый сильный мальчишка из нашего класса и самый лучший физкультурник. И вот у меня появилось теперь вдруг сильное желание обнять его, прислониться к нему... Такого чувства к Сашке я не испытывала. Мне хотелось быть с ним всегда рядом, но не это. Конечно, я много мечтала о ласках, но я всегда мечтала об этом, когда была одна. Когда я была с ним рядом, я совершенно забывала об этом. С Витькой - наоборот. Это чувство возникает тогда, когда мы садимся близко друг к другу или когда я прикасаюсь к его руке. Дома я о нем никогда не думаю. Сегодня, кажется, в первый раз... Что делать? Ведь это просто гадость, когда чувствуешь такое к человеку, которого нисколько не любишь". А через полгода - третье, на сей раз чисто интеллектуальное увлечение. Юноша этот внешне совсем нс привлекателен, но "мне очень хочется опять говорить, говорить с ним". Нежная привязанность, чувственное влечение и потребность в дружбе, основанной на взаимном самораскрытии, сосуществуют, вызывая желание разобраться в себе, отделить главное от временного, наносного.

Наряду с подростками, которые гипертрофируют физические аспекты сексуальности, есть и такие, которые всячески стараются отгородиться, спрятаться от них. Специфической психологической защитой им может служить аскетизм, подробно описанный Анной Фрейд,- подчеркнуто презрительное и враждебное отношение ко всякой чувственности, которая кажется подростку низменной и "грязной". Идеалом такого юноши является не просто умение контролировать свои чувства, но полное их подавление.

Другая типичная юношеская защитная установка -- "интеллектуализм": если "аскет" пытается избавиться от чувственности, убедив себя в том, что она "грязна", то "интеллектуал" находит ее "неинтересной".

Требования моральной чистоты и самодисциплины сами по себе положительны. Но их гипертрофия влечет за собой искусственную самоизоляцию от окружающих, высокомерие, нетерпимость, в основе которых лежит страх перед жизнью.

Отличная художественная иллюстрация этого - Чарльз Фенвик из романа Торнтона Уайдлера "Теофил Норт". Выросший в изоляции от сверстников, в строгой религиозной семье, подросток смущается при малейшем намеке на любые телесные отправления. Это вынуждает его к самоизоляции, которую окружающие принимают за снобизм и высокомерие. Когда Чарльз неожиданно вспыхнул, залился краской при упоминании названия музыкального инструмента -- пикколо, молодой учитель понял, в чем дело: "...Для маленького мальчика слово "пикколоо, благодаря простому созвучию, полно волнующе-жутких и восхитительных ассоциаций с "запретным" -- с тем, о чем не говорят вслух, а всякое "запретное" слово стоит в ряду слов, гораздо более разрушительных, чем "пикколо". Чарльз Фснвик в шестнадцать лет переживал фазу, из которой он должен был вырасти к двенадцати. Ну, конечно! Всю жизнь он занимался с преподавателями; он нс общался с мальчиками своего возраста, которые "вентилируют" эти запретные вопросы при помощи смешков, шепота, грубых шуток и выкриков. В данной области его развитие было замедленным".

Выбранная учителем "терапия" заключалась в том, чтобы понемногу вводить в разговор с Чарльзом "неприличные" "взрывчатые" слова, приучая подростка к тому, что обозначаемые ими вещи вполне естественны, их нечего стыдиться или бояться. По мере того как мальчик осваивается с этой сферой жизни, он становится терпимее и мягче с окружающими.

В подростковых и юношеских увлечениях очень много "головного", нарочитого, придуманного. Влюбленность, ухаживание, обмен записочками, первое свидание, первый поцелуй в этом возрасте важны не только и нс столько сами по себе, как ответ на собственную внутреннюю потребность, сколько как социальные символы, знаки взросления. Как младший подросток ждет появления вторичных половых признаков, так юноша ждет, когда же наконец он полюбит. Если это событие запаздывает (а никаких возрастных норм здесь не существует), он нервничает, старается заменить подлинное увлечение придуманным и т. д. Игровой характер подростковых ухаживаний очевиден. Но и для юношей собственные переживания, воспринимаемые в свете стереотипной половой роли, на первых порах важнее, чем объект привязанности. Отсюда - постоянная оглядка на мнение сверстников собственного пола, подражательность, хвастовство действительными, а чаще мнимыми "победами". Влюбленности напоминают эпидемии: стоит появиться в классе одной паре, как влюбляются все, а в соседнем классе спокойно. "Объекты" увлечений также нередко бывают общими, поскольку общение с популярной девушкой (или юношей) повышает собственный престиж у сверстников. Даже интимная близость нередко бывает только средством самоутверждения в глазах сверстников.

Бурный темп полового созревания опережает у мальчиков развитие тонких коммуникативных качеств, включая способность к сопереживанию. Кроме того, сказывается влияние традиционного стереотипа маскулинности, согласно которому мужчина подходит к женщине с "позиции силы". Подросток этой силы в себе не ощущает, а попытки симулировать ее, чтобы быть "на уровне" стереотипа, только увеличивают его затруднения. Жажда любви очень часто сочетается со страхом "потерять себя", "подчиниться".

Девочки, которым "сила" не предписана, свободны от этой заботы, зато вынуждены скрывать свои увлечения, оберегая девичье достоинство и репутацию.

Разрешение этих противоречий во многом зависит от того, как складываются взаимоотношения юношей и девушек в более широком кругу. Обособление мальчиков и девочек в подростковом возрасте - универсальное явление в истории культуры. В современном обществе эта сегрегация полов осуществляется стихийно, самими детьми. Тем не менее она существует, и преодолеть психологическую дистанцию между мальчиками и девочками не так просто. Психологическая близость вначале легче достигается с человеком собственного пола, с которым подростка связывает широкий круг общих значимых переживаний, включая и эротические.

Анализ ответов ленинградских старшеклассников в 1970-х годах на вопрос: "В общении с кем вы чувствуете себя наиболее уверенно и свободно?" -- показал, что общение со сверстниками противоположного пола значительно напряженнее, чем со всеми остальными лицами, за исключением учителей. Однако девушки чувствуют себя в общении с юношами более свободно и уверенно, чем юноши с девушками. Характерно в этой связи неодинаковое отношение юношей и девушек к разнополой дружбе. На вопрос: "Возможна ли, по-вашему, настоящая дружба (без влюбленности) между юношей и девушкой?" - утвердительно отвечали свыше трех четвертей учащихся VII -- Х классов. Но с возрастом сомнения усиливаются, свыше половины юношей-студентов ответили на этот вопрос отрицательно. При ответах на вопрос: "Кого вы предпочли бы иметь своим другом - юношу или девушку?" - доля девушек, предпочитающих иметь друга противоположного пола, выше, чем доля юношей, причем с возрастом эта разница увеличивается.

Потребность в дружбе с человеком противоположного пола выражает, в сущности, потребность в любви. Эти отношения часто кажутся более или менее альтернативными. Появление "любимой" снижает эмоциональный накал однополой дружбы, друг становится скорее добрым товарищем. В то же время любовь предполагает большую степень интимности, чем дружба, она как бы включает в себя дружбу. Если в ранней юности главным конфидантом обычно бывает друг своего пола, то позже это место занимает любимый (любимая). Сочетание духовного общения с физической близостью допускает максимальное самораскрытие, на которое способна личность. Шестнадцатилетний юноша еще может довольствоваться обществом друзей своего пола. В более старшем возрасте отсутствие интимного контакта с девушкой уже не компенсируется однополой дружбой. Больше того, чувствуя, что отстает в этом отношении от сверстников, юноша становится менее откровенен и с друзьями, замыкается в себе.

Несмотря на явную демократизацию и большую свободу взаимоотношений между юношами и девушками, они вовсе не так элементарны, как кажется некоторым взрослым. Современный ритуал ухаживания проще традиционного, зато он нигде не кодифицирован, это создает нормативную неопределенность. Характерно, что большая часть вопросов, задаваемых подростками и юношами, касается не столько психофизиологии половой жизни, всей сложности которой они еще не осознают, сколько ее нормативной стороны: как надо вести себя в ситуации ухаживания, например, во время свидания, когда можно и нужно целоваться и т. д. Озабоченность ритуальной стороной дела иногда настолько сильна, что молодые люди глухи к переживаниям друг друга и даже собственные чувства отступают перед вопросом, "правильно" ли они поступают с точки зрения норм своей половозрастной группы. Ухаживание -- игра по правилам, которые, с одной стороны, весьма жестки, а с другой -- довольно неопределенны.

Это хорошо описано в рассказе Анатолия Конгро "Нет, мы такими не были". Его 17-летний герой страстно мечтает о девушках, но не знает, как к ним подступиться. Более бойкий в этом отношении друг Гошка говорит ему, что все очень просто: пригласи девушку на танец, потом она тебя пригласит, затем попроси разрешения проводить ее домой, а у парадной спроси:

"Можно поцеловать вас?" И все...

А на самом деле? Надо все время разговаривать, а о чем? Обнял девушку за плечи, рука затекла, а снять ее вроде бы неудобно. Хоть бы скорей ее дом! Вот наказание!

"В конце концов я исполнил великий Гошкин завет. Промямлил: "Можно вас поцеловать?" Она смешалась (от удивления) и сказала, как психу: "Ну кто же об этом спрашивает?!"

А?! Каков друг?! Спроси, говорит. Не спрашивают об этом! Откуда он взял, что спрашивают? Из богатого личного опыта? Или вычитал в Большой Советской Энциклопедии?

Я ляпнул куда-то губами мимо... Она в последний момент отвернула мордочку. Но официально можно было считать, что я первый раз поцеловал девушку. Правда, не так... и не ту... Но это меня совершенно сейчас не трогало. Я почувствовал, что все они, сколько есть их в мире, стали доступны мне". Увы, завтра все надо начинать сначала...

Герой знаменитой повести Дж. Д. Сэлинджера "Над пропастью во ржи" Холден Колфилд очень хотел бы "быть опытным во всяких таких делах. А то, по правде говоря, когда я с девчонкой, я и нс знаю к"лк следует, что с ней делать... Главное, как только дойдет до этого -- так девчонка, если она не проститутка или вроде того, обязательно скажет: "Не надо, перестань". И вся беда в том, что я ее слушаюсь. Другие не слушаются. А я не могу. Я слушаюсь. Никогда не знаешь -- ей и вправду не хочется, или она просто боится, или она нарочно говорит "перестань", чтобы ты был виновен, если что случится, а не она. Словом, я сразу слушаюсь. Главное, мне их всегда жалко. Понимаете, девчонки такие дуры, просто беда. Их как начнешь целовать и все такое, они сразу теряют голову".

Мне могут сказать, что для современных подростков эти переживания слишком сложны и нетипичны, у них многое стало проще. Отчасти это верно.

Современные юноши и девушки начинают половую жизнь значительно раньше, чем их сверстники в прошлом. Хотя данные разных исследователей не всегда совпадают, общая долгосрочная тенденция сомнений не вызывает: доля юношей, начинающих сексуальную жизнь в 16 лет и младше, втрое превышает соответствующий процент в поколении их отцов, а доля девушек впятеро больше, чем в поколении их матерей.

По данным выборочных эпидемиологических исследований и Москве О. К. Лосевой, которая сравнивала венерологических больных с аналогичными контрольными группами, средний возраст начала половой жизни у контрольных групп в 1983/84 г.г. по сравнению с 1975/76 снизился с 19,2 до 18,1 года у мужчин и с 21,8 до 20,6 года у женщин.

Эти сдвиги отражаются и в общественном сознании. По данным опроса ВЦИОМ (июнь 1993), в котором были представлены все возрастные группы, однако свыше 40 процентов на вопросы личного характера не ответили, средний возраст начала половой жизни ("В каком возрасте вы впервые вступили в половую связь?") был 19,5 года. Между тем на вопрос "С какого возраста, по вашему мнению, допустимо начало половой жизни?" люди, среди которых было значительно больше пожилых, чем юных, назвали 17,9 года.

Поданным анкеты, проведенной сотрудниками Лейпцигского Центрального института исследований молодежи совместно с ленинградскими социологами в июне 1990 г. среди студентов бывшего СССР (всего было опрошено 1509 человек), средний возраст начала половой жизни у мужчин составил 18,4 года, а у женщин -- 19,0 лет.

Судя по данным анкетного опроса, проведенного в 1993 г. (1615 учащихся 16 средних школ и восьми ПТУ Москвы и Петербурга, в возрасте от 12 до 17 лет), подростки, как и раньше, начинают ухаживать и назначать свидания еще до завершения полового созревания: примерно половина их делает это еще не достигнув 12 лет. К шестнадцати годам трепета уединенных встреч не испытал лишь один из пяти. Более или менее устойчивые пары образуются гораздо реже, даже среди 16-17-летних в момент исследования свыше половины постоянной пары еще не имели. Наличие сексуального опыта в целом по выборке признали около 15 процентов девочек и 22 процента мальчиков. Почти половина сексуально-искушенных подростков (34 процента девочек и 57 процентов мальчиков) первый половой акт пережили моложе пятнадцати лет, а 5 процентов девочек и 20 процентов мальчиков -- в 12 лет и младше. По возрастным группам, среди не достигших 14 лет. сексуально искушены 2 процента, среди 14-15-летних -- 13 процентов, среди 16-17-летних -- 36 процентов.

В 1995 г. возраст сексуальной инициации снизился: среди шестнадцатилетних первый половой акт пережили 50,5 процентов юношей и 33,3 процента женщин, среди семнадцатилетних -- 57,1 и 52,4 процента, среди восемнадцатилетних -- 69,8 и 50,8 процента и среди девятнадцатилетних -- 77,5 и 54,8 процента.

Сексуально искушенных мальчиков во всех возрастах больше, чем девочек. Обследование 4000 школьников с 7-го по 9-й класс в 1997 году показало, что в этом возрасте происходит быстрое нарастание как сексуально-эротических интересов, так и социосексуальной активности. Первый сексуальный опыт еще не означает ни страстной любви, ни начала регулярной половой жизни. Ранние связи, как правило, безлюбовны и часто весьма прозаичны. Почти треть сексуально активных подростков, опрошенных в 1993 г., никогда не имели друга противоположного пола. Среди опрошенных в 1995 г. 16--19-летних, 35 процентов девушек и 15 процентов юношей сказали, что были влюблены в своего первого сексуального партнера, остальные довольствовались симпатией или вообще ничего романтического не чувствовали (так ответил почти каждый четвертый юноша). У многих первая связь была случайной и сразу же прервалась. Более или менее регулярную половую жизнь ведут лишь немногие 16--19-летние.

Сравнение сексуально продвинутых и еще девственных 16-летних показывает некоторые социальные и психологические корреляты более ранней, по сравнению со среднестатистическими показателями, сексуальной инициации.

Поскольку секс для подростка - нечто запретное и рискованное, раньше всего вовлекаются в него те, кто любит риск и самопроверку и нуждается в самоутверждении. С утверждением "Я получаю настоящее удовольствие, совершая довольно-таки рискованные поступки" согласились 58 процентов сексуально активных подростков и только 43 процента девственников. Суждение "Мне нравится постоянно испытывать себя, делая что-нибудь немного рискованное", применили к себе 65 процентов первой и 44 процента второй группы. Больше половины сексуально активных и менее трети неопытных подростков сказали:

"Я часто стараюсь проверить, насколько далеко я могу зайти". 43 процента сексуально искушенных подростков сказали, что они "иногда делают что-то специально, чтобы шокировать родителей или других взрослых, просто для смеха". У девственников таких ответов на 12 процентов меньше.

Однако независимость от старших часто оборачивается рабской зависимостью от сверстников. Среди сексуально активных чаще встречаются юноши и девушки, податливые на уговоры и заразительные примеры. 52 процента из них сказали: "Иногда я позволяю другим уговорить себя сделать то, чего, как я знаю, делать не следует". Девственников с такой самохарактеристикой на 10 процентов меньше. У сексуально активных подростков учебная успеваемость и дисциплина несколько ниже, чем у их сверстников. Планирующих продолжить учебу в вузе среди них на 10 процентов меньше, чем среди девственников.

Более раннее начало половой жизни статистически связано с разными формами девиантного, социально неодобряемого поведения. Девять из десяти сексуально активных шестнадцатилетних отведали вкус сигарет, а трое из четырех курят (среди девственников соответствующие показатели -- 62 и 36 процентов). Девять из десяти сексуально активных уже бывали пьяными (среди сексуально неискушенных -- каждый второй). Почти треть сексуально искушенных подростков успели "словить кайф" от наркотиков (среди остальных таковых в пять раз меньше). Также ведут себя, по их мнению, и их друзья. На вопрос "Многие ли из твоих друзей употребляют наркотики или алкоголь?" "большинство" и "практически все" ответили половина сексуально активных и четверть девственных старшеклассников.

За этим социально-психологическим синдромом часто стоят неблагоприятные социальные, прежде всего семейные условия. Среди подростков с ранним сексуальным опытом чуть больше таких, которые воспитывались в неполных семьях. Образовательный уровень и социальный статус их родителей, особенно отцов, несколько ниже среднего. Доля отцов, не имеющих постоянного места работы, среди них почти втрое выше, а возможность свободного обсуждения с родителями проблем секса в таких семьях значительно ниже.

Решающую роль в формировании нормативных ориентации подростков играет общество сверстников, которое очень часто подталкивает их к более ранней сексуальной инициации. Хотя 44 процента девочек и 39 процентов мальчиков сказали, что не знают, совпадают ли их взгляды на секс со взглядами соучеников, 35 процентов девушек и 45 процентов юношей считают, что они идентичны или похожи. С возрастом эта предполагаемая общность взглядов увеличивается с 35 процентов у тех, кто младше 14, до 60 процентов у 16--17-летних.

Сексуальное поведение подростка сильно зависит от того, как он представляет позицию своих сверстников. Хотя подавляющее большинство подростков отрицают давление со стороны сверстников в сторону более раннего начала половой жизни, такое давление, особенно на мальчиков, довольно сильно. Многие подростки склонны преувеличивать сексуальную "продвинутость" своих друзей и однокашников. Хотя только 36 процентов опрошенных в 1993 г. 16--17-летних сами имели сексуальный опыт, на вопрос: "Сколько примерно твоих друзей уже имели половые сношения?" 15 процентов этой возрастной группы ответили "примерно половина", 16 процентов -- "больше половины" и еще столько же --- "практически все". У сексуально искушенных аберрация еще больше: "никто" -- меньше одного процента, "меньше половины" -- 21 процент, "примерно половина" -- 18 процентов, "больше половины" -- 26 процентов, "практически все" -- 33 процента. Завышенная оценка возрастной "нормы" толкает подростка к рискованным сексуальным и прочим экспериментам: не могу же я отставать от других?!

Существуют ли у подростков нравственные убеждения, с которыми они сверяли бы свои поступки? Безусловно. Но, как и у взрослых, эти убеждения противоречивы, непоследовательны и далеко не всегда реализуются в поведении.

Установки и взгляды многих подростков значительно радикальней их собственного поведения. Для взрослых подростковый секс - опасное, отклоняющееся от нормы, поведение, для подростков же он вполне нормален. С мнением "Нереально думать, что молодежь удержится от занятий сексом в подростковом возрасте" полностью согласны 46 процентов мальчиков и 36 процентов девочек. 53 процента мальчиков и 36 процентов девочек не видят ничего плохого в добрачных отношениях, если молодые люди любят друг друга. С суждением "К половым сношениям нужно относиться как к вполне нормальной и ожидаемой части свиданий подростков" полностью согласились 36 процентов мальчиков и 21 процент девочек (среди сексуально искушенных 16-летних - соответственно 56 и 37 процентов).

То, что собственный опыт имеют пока сравнительно немногие, зависит скорее от обстоятельств, чем от внутренних установок, хотя здесь есть большие половые и индивидуальные различия. Анализ ответов на вопрос: "Если ты не занимался (нс занималась) сексом или сейчас сознательно воздерживаешься от дальнейших сексуальных контактов, то почему?", показывает, что подростковая мотивация довольно прагматична. Моральные ("Почему я не должен?") и психологические ("Почему я не хочу?") доводы отступают на второй план перед соображениями практического свойства: "Чего я боюсь?" и "Что мне мешает?"

Однако тут есть большие половые различия. В опросе 1995 г. мы просили молодых людей ответить, какие причины удерживают их от вступления в сексуальную связь, а затем указать, что из перечисленного для них наиболее важно, то есть выбрать из нескольких причин одну. Самым важным фактором для обоих полов, который указали 39 процентов девушек и 30 процентов юношей, оказалось "Я еще не нашел подходящего человека". У юношей на втором месте (23 процента) стоит собственная застенчивость и нерешительность (среди девушек так ответили меньше 5 процентов) и на третьем (18 процентов) -- отсутствие возможности (среди девушек так ответили меньше 4 процентов). У девушек вторая по значимости (19 процентов) причина сдержанности -- чувство своей неготовности к столь ответственному шагу (среди юношей так ответили вдвое меньше) и третья (12 процентов) -- нежелание быть использованной ради чьего-то удовольствия (только 0,6 процента мальчиков выбрали этот вариант). Девушки в два с половиной раза больше мальчиков озабочены проблемой возможной беременности и вдвое больше -- негативной реакцией родителей.

Если принять во внимание только такие факторы как возраст сексуальной инициации и ее мотивы, то ничего сенсационного в российских данных нет, они вполне сопоставимы с западными. В 1990 г. половую жизнь уже начали 40 процентов 16--17-летних западно-германских юношей и 34 процента девушек. У их восточногерманских сверстников соответствующие цифры составили 47 и 59 процентов для 16-летних и 52 и 58 процентов для 17-летних (девушки здесь опережали юношей). По американским данным 1993 года, средний возраст первого полового сношения составляет 16,6 года для юношей и 17,4 года для девушек; в 16 лет этот опыт имеют 42 процента тинейджеров.

Тем не менее российская ситуация отличается от западной. Тип подростковой сексуальной культуры, существующий сегодня в России, очень напоминает положение, существовавшее в США и в странах Западной Европы 25 лет тому назад. Раннее начало сексуальной жизни тогда тоже коррелировало с плохой учебой, конфликтами с родителями, вовлечением в преступные группы, кражами, угоном автомашин, вандализмом, насилием, курением, пьянством, употреблением наркотиков. Сама по себе сексуальная активность не была причиной антисоциального поведения, но за статистическими корреляциями прослеживались контуры такого типа молодежной субкультуры, когда и взрослое общество и сами тинейджеры видят в сексуальной жизни, курении, выпивке и баловстве с наркотиками знаки взросления, обретения самостоятельности от старших, прежде всего от родителей. Как только общество перестает табуировать юношескую сексуальность, начинает относиться к ней спокойно, помогая подросткам овладеть необходимыми для жизни знаниями, ее связь с девиантным поведением ослабевает и даже вовсе исчезает.

Важная особенность подростковой и юношеской сексуальности - ее "экспериментальный" характер. Открывая свои сексуальные реакции, подросток с разных сторон исследует их. Ни в каком другом возрасте не наблюдается такого большого числа случаев отклоняющегося, близкого к патологии поведения, как в 12-15 лет. От взрослых требуются большие знания и такт. чтобы отличить действительно тревожные симптомы, требующие квалифицированного психологического или медицинского вмешательства, от внешне похожих на них и тем не менее вполне естественных для этого возраста форм сексуального "экспериментирования". На последних как раз не следует фиксировать внимание, чтобы нечаянно не нанести подростку психическую травму, внушив ему мысль, что у него что-то "не так". Если нет уверенности в том, что вы действительно понимаете суть дела и можете помочь, нужно неукоснительно руководствоваться первой заповедью Гиппократа: "Не вреди!" Особенно важно помнить об этом, сталкиваясь с проявлениями подросткового гомоэротизма. В пред подростковом (10-12), подростковом и раннем юношеском возрасте эта проблема актуальна и для очень многих мальчиков и девочек, которые в дальнейшем будут вести исключительно гетеросексуальный образ жизни. Это проявляется, с одной стороны, в страстных влюбленностях в людей своего собственного пола (сверстников, старших или младших), а с другой -в различных сексуальных играх, начиная с простой возни и взаимной мастурбации и кончая полной сексуальной близостью.

Существует рапространенное мнение, что в подростковую среду гом о эротические чувства и действия приносят взрослые (теория "совращения"). Это совершенно неверно. Гомосексуальность зарождается в самой подростковой среде.

Из числа обследованных А. Соренсеном американских подростков, имеющих гомосексуальный опыт, взрослыми были "инициированы" только 12 процентов мальчиков и меньше 1 процента девочек, у остальных первым партнером был сверстник или подросток ненамного старше или моложе. Свыше 60 процентов мужчин-гомосексуалов, обследованных А. Кинзи, пережили первый гомосексуальный контакт между 12 и 14 годами; в 52,5 процента случаев их партнеру также было от 12 до 15 лет, у 8 процентов он был младше, у 14 процентов это были 16--18-летние юноши и только у остальных -- взрослые.

Почему среди подростков вообще распространены гомоэротические чувства и контакты? Ранние сексологические теории, например, теория Альберта Молля, были склонны выводить их из особенностей самой подростковой сексуальности, утверждая наличие особого периода "подростковой интерсексуальности", когда половая возбудимость очень велика, а объект влечения еще не определился. Однако возрастные рамки этого периода (от 7--8 до 15--16 лет) слишком неопределенны и расплывчаты.

3. Фрейд связывал гомосексуальность с изначальной бисексуальностью человека. Окончательный баланс гетеро- и гомоэротических влечений складывается, по Фрейду, только после полового созревания. Поскольку у подростка этот процесс еще не завершен, латентная (скрытая) гомосексуальность проявляется, с одной стороны, в прямых сексуальных контактах и играх, а с другой -- в страстной дружбе со сверстниками собственного пола. Однако явления эти качественно различны. Подростковый возраст и ранняя юность -- время, когда личность больше всего нуждается в сильных эмоциональных привязанностях. Но как быть, если психологическая близость с лицом противоположного пола затруднена собственной незрелостью подростка и многочисленными социальными ограничениями (насмешки товарищей, косые взгляды учителей и родителей), а привязанность к другу своего пола ассоциируется с гомосексуальностью? Подростковая дружба, и у мальчиков, и у девочек, как правило, бывает однополой и часто напоминает страстную влюбленность.

"Я не знаю, почему дают какой-то монополь воспоминаниям первой любви над воспоминаниями молодой дружбы,- писал А. И. Герцен.- Первая любовь потому так благоуханна, что она забывает различие полов, что она - страстная дружба. Со своей стороны, дружба между юношами имеет всю горячечность любви и весь ее характер: та же застенчивая боязнь касаться словом своих чувств, то же недоверие к себе, безусловная преданность, та же мучительная тоска разлуки и то же ревнивое желание исключительности. Я давно любил, и любил страстно, Ника, но не решался назвать его "другом", и когда он жил летом в Кунцеве, я писал ему в конце письма: "Друг ваш или нет, еще не знаю". Наряду с однополой любовью, имеющей преимущественно духовный характер, в подростковой среде нередко складываются и откровенно чувственные гомосексуальные отношения. Интерес к телу человека собственного пола стимулируется прежде всего потребностью самопознания, но легко окрашивается эротически. Вот дневниковая запись четырнадцатилетней девочки:

"Однажды, оставшись ночевать у подруги, я ее спросила - можно мне в знак нашей дружбы погладить ее грудь, а ей - мою? Но она не согласилась. Мне всегда хотелось поцеловать ее, мне это доставляло большое удовольствие. Когда я вижу статую обнаженной женщины, например, Венеру, то всегда прихожу в экстаз".

Можно увидеть в этом проявление "латентной гомосексуальности". Но телесный контакт, прикосновение имеют не только эротический смысл, это - универсальный язык передачи эмоционального тепла, поддержки и т. д.

Оценивая потенциально и даже явно гомоэротические контакты между подростками, нужно помнить и о ситуативных факторах. Для младших подростков, особенно в десять -двенадцать лет, почти повсеместно характерна сегрегация игровой активности мальчиков и девочек. Большая физическая доступность сверстника своего, нежели противоположного пола, дополняется сходством интересов и менее строгими табу на телесные контакты. Поэтому гомосексуальные игры встречаются у них чаще, чем гетеросексуальные. Меньшая половая сегрегация, вероятно, даст иное соотношение. Сексуальные игры со сверстниками, раздевание, ощупывание половых органов, взаимная или групповая мастурбация, если в них не вовлечены взрослые, не считаются в мальчишеских компаниях чем-то страшным или постыдным. У девочек выражения нежности, объятия, поцелуи вообще не табуируются, их потенциальные эротические обертоны большей частью не замечаются. Неудивительно, что пробуждающаяся чувственность на первых порах нередко удовлетворяется именно этим путем. К концу пубертатного периода такие игры обычно прекращаются; их продолжение в пятнадцать-шестнадцать лет уже дает основание считать это проявлением сложившейся гомосексуальной ориентации.

Поскольку в сексуальных играх младших подростков эротическая мотивация имеет подчиненное значение, психологи, чтобы избежать пугающих ярлыков, предпочитают не называть их гомосексуальными и не придавать им чрезвычайного значения. Однако между допубертатной гомосексуальной активностью и будущей сексуальной ориентацией взрослого человека есть определенная связь. Сравнение сексуального поведения взрослых западногерманских студентов с их воспоминаниями о своей допубертатной (до 12 лет) гомосексуальной активности показало, что чем выше допубертатная гомосексуальная активность (количество контактов и число партнеров), тем вероятнее гомосексуальное поведение взрослого.

Простейшее объяснение этому - ссылка на условнорефлекторные связи, которые могут возникнуть у подростка во время сексуальной игры и превратиться в устойчивую сексуальную ориентацию. Однако гомосексуальные контакты со сверстниками, если они имеют игровую форму и не сочетаются с психологической интимностью, большей частью остаются преходящими. Дело не столько в поведении, сколько в переживаниях. Взрослый гомосексуал, пациент знаменитого американского психоаналитика Гарри Салливэна, рассказал ему, что в школьные годы только он и еще один мальчик не участвовали в гомоэротических играх одноклассников. Случайно познакомившись позже с этим вторым мальчиком, Салливэн обнаружил, что тот тоже оказался гомосексуалом. Неучастие в играх товарищей было, вероятно, их бессознательной защитной реакцией, но пассивная роль зрителя только усиливала психологическую значимость происходящего.

Формирование гомосексуальной ориентации у подростка обычно проходит три этапа: I) от первого осознанного эротического интереса к человеку своего пола до первого подозрения о своей гомосексуальности; 2) от первого подозрения о своей гомосексуальности до первого гомосексуального контакта и 3) от первого гомосексуального контакта до уверенности в своей гомосексуальности, за которыми следует выработка соответствующего стиля жизни.

Процесс этот неодинаково протекает у мальчиков и девочек. Мальчики, у которых раньше пробуждаются эротические чувства и половая роль которых допускает и даже требует явных проявлений сексуальности, раньше начинают половую жизнь, как правило, в гомосексуальном варианте. У девочек сексуальная ориентация формируется позже; первое увлечение, объектом которого обычно бывает женщина на много лет старше, переживается как потребность в дружбе, а первому гомосексуальному контакту часто предшествуют гетеросексуальные связи. Длительность этого самоопределения зависит как от социальных условий, так и от индивидуальных особенностей. Если пик практического сексуального экспериментирования приходится на пред под ростковый возраст и начальный период полового созревания, то психологически наиболее драматичен юношеский возраст. Анализируя свои чувства и переживания, юноша с гомоэротическими наклонностями обнаруживает свою непохожесть на других. Это часто порождает острый внутренний конфликт, чувство страха и одиночества, мешая установлению психологической близости с другими людьми и усугубляя свойственные этому возрасту психологические трудности. Многие юноши пытаются "защититься" от самих себя экстенсивными, лишенными эмоциональной вовлеченности, гетеросексуальными связями, но это чаще всего обостряет внутренний конфликт. Психическое состояние и самочувствие юношей с незавершенной сексуальной идентификацией значительно хуже, чем у тех, кто так или иначе завершил этот процесс, они больше нуждаются в психиатрической помощи, чаще совершают попытки самоубийства. К сожалению, ни взрослые, ни сверстники не понимают драматизма их положения. Вот недавнее письмо:

"Я решила написать о том, что волнует меня каждую секунду. Мне 14 лет, и я влюбилась в одну девочку. Мы любим друг друга как парень и девушка. Я нс могу жить без нес... Я нс знаю, что мне делать, мне даже стыдно писать, но я хотела бы стать парнем. Мы слышали, что это возможно... Иногда мы сидим и думаем, как было бы хорошо, если бы я была не Наташа, а скажем, Сережа..."

Письмо наивное, менять пол этой девочке незачем; вполне возможно, что в дальнейшем ей станет доступно и счастье гетеросексуальной любви. Но подозрительное отношение и некомпетентное вмешательство окружающих, сверстников и взрослых, легко может вызвать трагедию. Много лет назад, когда я был студентом и работал летом вожатым в лагере, произошел такой случай. Лагерный врач случайно увидела, как двое мальчишек двенадцати-тринадцати лет "борются" нагишом, причем у них была явная эрекция и оказалось, что один из них уже не в первый раз инициирует такие "игры" на глазах у товарищей. Подростка сразу же назвали "педерастом", выгнали из лагеря и сообщили в школу. Что было с ним дальше - не знаю. В то время я вполне разделял священный ужас и негодование врача. Много лет спустя я понял, что преступление совершил не мальчик, каковы бы ни были мотивы его поведения, а врач, подвергший его остракизму. Игру эту следовало, конечно, прекратить, но без всяких пугающих ярлыков, не ставя на подростка клеймо, которое может его психологически изувечить.

Нужно полностью отдавать себе отчет в том, что интимные эротические переживания подростков находятся практически вне сферы педагогического контроля, а назойливый интерес взрослых к их сексуальному поведению большей частью имеет отрицательные последствия. Отличить временное возрастное сексуальное экспериментирование от уже сформировавшейся сексуальной ориентации трудно даже специалисту, а изменить ее в большинстве случаев невозможно. Так зачем мучить детей?

Но вернемся к обычным юношам и девушкам. Почти все они нетерпеливо ждут, когда же наконец их влюбленности и эротические игры и ласки завершатся такой манящей и одновременно слегка пугающей "полной близостью". Рано или поздно это происходит. Временной интервал от момента знакомства и влюбленности до вступления в интимную связь у современных молодых людей значительно короче, чем было раньше, когда требовалось длительное ухаживание, помолвка и т. д.

Среди опрошенных в 1995 г. 16-19-летних россиян, 21 процент юношей и 11 процентов девушек начали свою сексуальную жизнь с человеком, которого до этого вовсе не знали, 19 и 9 процентов были знакомы около недели, 15 и 15 процентов - около месяца, 12 и 16 процентов ~ два-три месяца. Только 22 процента юношей и 34 процента девушек были знакомы со своим избранником год или больше.

Тем не менее психологически все не так просто. Независимо от ее мотивации, бытовых условий (главная трудность наших молодых людей - где найти уединенное место) и нравственной оценки первая сексуальная близость нередко напоминает экзамен. Хотя это событие многократно предвосхищается и проигрывается в мечтах и ему, как правило, предшествует подготовка (ухаживание, петтинг и т. п.), оно сопряжено с психологическими трудностями. Неопытный юноша боится физиологической неудачи, отсутствия эрекции или преждевременной эякуляции. Девушка не уверена в своей сексуальной привлекательности. Обоих могут шокировать непривычные запахи, а сперма и увлажнение влагалища иногда воспринимаются как "грязь". Обилие незнакомых ощущений и сама ситуация "проверки", "испытания" заставляют молодых людей больше прислушиваться к своим собственным переживаниям, чем к чувствам партнера, что отнюдь не способствует самозабвению.

Опыт мастурбации и даже краткосрочный сексуальный контакт еще не делает мальчика мужчиной. Не зная особенностей женской психофизиологии, он ждет реакций, похожих на его собственные. В еще более сложном положении находится девушка, вынужденная порой скрывать свои желания, чтобы не поставить партнера в обидное для его мужского достоинства положение "ученика".

Несмотря на эти трудности, четыре пятых опрошенных в 1995 г. юношей и больше половины девушек оценили свой первый сексуальный опыт положительно. Однако 13 процентов юношей и 24 процента девушек затруднились оценить его, а у 6 процентов юношей и 24 процентов девушек он оставил в целом неприятные воспоминания. Объясняя свою неудовлетворенность, юноши чаще всего называют неблагоприятные внешние условия, то, что им не понравился половой акт или что они сами действовали неправильно. У женщин главная причина разочарования -- отсутствие удовольствия от полового акта, чувство, что сближение произошло слишком рано, не стоило так торопиться, и что это был "не тот" партнер (юноши называют последний мотив в три с половиной раза реже).

Хотя память о "первом разе" остается навсегда, это переживание не имеет фатального значения; последующий опыт, удачный или неудачный, вносит в него существенные коррективы. Однако некоторых особенно впечатлительных людей неудачный первый опыт может надолго оттолкнуть от сексуальной близости и даже вызвать к ней отвращение.


Автор: И.С.Кон


loading...
Всего комментариев: 1 Написать комментарий
Аноним (2017-10-27 13:17:14) ответить
супер. спасибо. очень помогло.